Приют доктора Кригера - часть 4: "Кровь и любовь"



На этой сессии мы продолжили разговор с Базсо Базом, которым закончилась предыдущая. Точнее продолжил его доктор Кригер, а детям быстро наскучили базары бандитов в Танглтауне и они потихоньку испарились. В результате Баз объяснил Кригеру, что у него есть один знакомый художник по имени Кавель, который хочет то ли вернуть какую-то картину, то ли уничтожить ее, в общем на голову он не вполне здоров, но так случилось, что Баз ему должен и считает необходимым этот долг вернуть. Его ребята не славятся умением тонко работать, поэтому он предложил это дело провернуть Сиротам, а взамен он объяснит скупщику краденого Мордису с Ночного рынка, что теперь тот работает не на Кушаков, а на Сирот.

Кригер решил, что сделка очень даже выгодная и они ударили по рукам. Баз пообещал в ближайшее время устроить встречу с Кавелем и дядя Кригер отправился домой. Дома его ждал козел. Дети как раз доделывали стойло. Дело в том, что они же теперь опять были богатые (и фартовые!) и Нао решила поинтересоваться, как тут обстоят дела с лошадьми. Но верхом на лошадях люди ездили дома в Северосе. На Акоросе предочитали больших козлов. Именно такого козла они купили и притащили домой. Козла назвали Тень. Тенька. Козел Тенька.

Кригер: Зачем вам козел?
Дети: Для души!

Что подумал доктор никто не узнал, потому что он был очень воспитанный.

В ожидании вестей от База, Клякса с Совереном дрессировали Теньку, а Дядя с чем-то возился в заросшем и высохшем бассейне психушки.
Через пару дней все тот же Михтер позвал Дядю в "Дырявое ведро", где им предстояло обговорить все детали. Таверна "Дырявое ведро" принадлежала ушедшему на покой главарю Ворон Мардину Галлу и весь окрестный криминал считал своим долгом время от времени сюда заглянуть. Увидев Дядю, Баз громогласно привлек внимание окружающих, попросив Галла "налить моему другу". Дядя понял, что Сиротам не долго осталось оставаться незамеченными.
Художник Кавель оказался всклокоченным типом, который очень волновался от того, куда попал и уже слишком много выпил, чтобы связно излагать свои мысли. Из его путанной речи выходило, что какой-то Тимот Броган из Силкшора завладел его, Кавеля, картиной и Кавель теперь желает, чтобы картина не досталась этому сукину сыну. Пусть лучше ее порежут на куски, чем эта сволочь будет на нее любоваться. Баз с Дядя отошли покурить и обговорили остальные детали. Дядя решил, что по возможности они выкрадут картину в целости, но уж как получится.
Тимми, как обычно, отправился на разведку, но все опять пошло наперекосяк. Дом Тимота Брогана был одним из двух домов-близнецов, соединенных балконом на уровне второго этажа. Бродя по округе, Соверен наткнулся на ирувианцев, которые охраняли второй дом, изловили его и собрались крепко допросить. Тимми удалось вывернуться, но при этом один из охранников в него выстрелил и попал в своего же товарища. Как выяснилось позже - тот не выжил. Но об этом Тимми еще не знал и весьма довольный собой вернулся к сообщить Дяде сведения о доме.
Надо сказать, что после недавних событий, Сироты надолго залегли на дно, чтобы как следует зализать раны. Дядя со скуки делал электропаровой тросомет, облегчавший подъем на стены. Подготовлены они были отлично, чувствовали себя хорошо, так что несмотря на неприятности при разведке, решили пойти на дело в ту же ночь.
В доме, где были давешние ирувианцы было людно. На первом этаже горел свет и оттуда слышались голоса. Свет был и на втором, но там было тихо. Дом-близнец, откуда надо было выкрасть картину, стоял погруженным во мрак. Сделав широкий крюк, они обошли "ирувианский" дом подобрались к тому, что был их целью. Стрелять дядя доверил Кляксе, которая аккуратно уложила "кошку" на конце троса так, что она почти не звякнула по металлу крыши. Подняться на второй этаж было делом техники. Вскоре все трое были уже внутри и принялись обыскивать дом. Надо сказать, что Дядя из каких то соображений сиротам про картину ничего не сказал и те считали, что просто лезут грабить чей-то дом. Картину Кригер нашел быстро (она висела над роскошной двуспальной кроватью), но продолжил вместе с Кляксой и Совереном искать другие ценности. Под кроватью они нашли сундук с двумя дорогими кинжалами и хорошей одеждой. А потом обнаружилось, что одна из стен фальшивая. Не найдя способа туда проникнуть, стену просто сломали. За ней был потайной кабинет со столом, на котором лежала куча папок с гербом ирувианского посольства. Увы, они слишком шумно ломали стену - на балконе, соединявшем этот дом с "ирувианским" скрипнула решетка и женский голос с легким ирувианским акцентом спросил: "Милый, это ты? Я не ждала тебя сегодня". Будучи единственным, чей голос мог хотя бы отдаленно походить на голос здешнего хозяина Тимота Брогана, Кригер наугад пробурчал: "Да, дорогая. Прости, я слегка простужен". Вроде бы это сработало. Дядя еще немного протянул время, дав сиротам возможность покинуть здание и приказав вырезать из рамы и захватить с собой заказанную картину. И он уже совсем было решил уходить сам, когда в его шальной голове возникла мысль, что ведь у него, наверное, никогда больше не будет шанса поиметь знатную ирувианку... И доктор Кригер пошел ва-банк. Вместо того, чтобы выбраться через окно вслед за Тимми и Нао, он прикрыл лицо, отпер решетку и заключил любовницу господина Брогана в страстные объятья.
Увы, он не вполне понимал, с кем связался. Какое-то время ирувианка отвечала на его поцелуи и даже позволяла некоторые вольности, а потом резко завернула за спину руку и, прошипев в ухо "Думаешь, я идиотка и не могу отличить своего Тимота от какого-то проходимца?", всадила в бок кинжал. Дядя пронзительно вскрикнул, но кинжал едва проткнул толстую кожу предусмотрительно надетых на дело доспехов. Этот крик услышали сидевший в кустах под окном Клякса и Соверен и поняли, что дело плохо. Дядя тоже об этом догадывался и попытался вырваться, но ирувианка была сильной и отлично владела кинжалом, который немедленно еще раз всадила Кигеру в живот. На этот раз Дядя взвыл по-настоящему и неизвестно, чем бы кончилось дело, если бы Клякса не выхватила пистолет и не пальнула наугад в окно. Неожиданный выстрел заставил ирувианку отпрянуть и она отпустила Кригера. Решив, что любовных приключений с него на сегодня достаточно, Дядя кое-как вывалился в окно и, опираясь на Тимми и Нао, похромал к ожидавшей их неподалеку карете (они договорились об этом с Базсо Базом). Если за ними и была погоня, они быстро потеряли ее на узких улочках Силкшора и вскоре благополучно прибыли в родную психушку.
Несмотря на серьезное ранение, Кригер, чуть-чуть отлежавшись отправился в "Дырявое ведро", чтобы сообщить Кавелю и Базу о результатах. Он подумывал оставить картину себе, сказав, что изрезал ее на куски, но художник едва не сошел с ума и Дядя пожалел убогого и отдал картину.
Баз сдержал слово и несколько крепких парней наведались к Мордису с Ночного рынка и сообщили, что теперь тот работает на Сирот Кригера, а про Красных кушаков может забыть раз и навсегда.
Дядя почивал на лаврах, усиленно питался, лечился и строил в бассейне схему Досквола из нескольких муравейников с целью анализировать и предсказывать ходы враждебных банд. А вот Тимми, когда он пошел проведать сестру, ждали дурные вести - кто-то заметил камни, которые он аккуратно расшатывал и Бэт увезли на дознание. Синий мундир Дармот, хоть и приходился Бэт родственником, помочь мог мало. Он пообещал максимально отсрочить допросы и узнать, к кому можно обратиться за пересмотром дела, но ничего не обещал. Бэт надо было спасать, причем срочно. А другой знакомый коп - Лароз нашел Кригера и осведомился, не совсем ли тот сошел с ума, передав сложенный листок бумаги. Развернув его, Дядя обнаружил свой собственный портрет. Не то, чтобы вот прямо совсем похожий, но неприятно напоминающий оригинал. По словам Лароза, портрет прислали в участок этим утром.
Длинные руки закона все ближе подбирались к Сиротам Кригера.
Отправить комментарий